Страница Алексея Яшунского

Почему-то Муром мне так и не понравился. Я приезжал туда несколько раз, и каждый раз по сравнению с окружающими его городками, он казался мне недостаточно уютным. Зато в последний приезд я обнаружил весьма забавную вещь — некоторые важные элементы в планировке Мурома почему-то повторяют планировку города, лежащего, практически, на другом конце земного шара. Вот и думай после этого о том, что в географии нет повторяемости 🙂

Если точки, в которых сделаны следующие фотографии, положить на карты соответствующих городов, обнаруживается поразительное сходство в их взаимном расоположении.

Титулярный герой в центре Мурома лицом к реке.

Титулярный герой в центре Сьюдад-Боливара лицом к реке.

Дальше

2008 год:

2011 год:

Меня разбудило бульканье за окном. И ещё крики петухов. Забегая вперёд, скажу, что блеяние ягнёнка на улочках медины я тоже слышал. Но вернёмся к бульканью. Под моим окном на улице находится люк, ведущий, по-видимому, в сточную канаву. По утру вода с бульканием выливалась из этого люка и текла прямо по улице вниз — к берегу моря. Танжер заливает дождь, интенсивность которого колеблется от моросящего до ливня. Канавы не справляются со сточной водой и она потоками низвергается по узеньким улочкам.

Площадь 9 апреля 1947 года

На Московскую, Владимирскую, Рязанскую области льются дожди. До следующего лета широкая общественность забыла о пожарах, потушенных, по-видимому, огромными усилиями, и о торфяниках, которые продолжают тлеть где-то в мещёрских лесах. Обожжённые низовыми пожарами деревья уже не так заметны среди потерявших листву соседей. Ребята из сообщества ru_uzd уже ездили разбирать завалы на ветке до Головановой дачи, а Сергей Алексеевич — обходчик с разъезда Гуреевский, надеюсь, соблюдает постельный режим и скоро поправится. Обжигающее лето 2010-го осталось позади.

Так получилось, что в лесах я побывал до пожаров. Лёша приезжал в отпуск, и мы решили съездить вместе на какой-нибудь «серьёзный» маршрут. Я выбрал давно планируемый, но всё ещё не пройденный отрезок Рязань — Черусти. Если я и задумывался о пожарах, то только в контексте посещения Курши-2 — места страшного лесного пожара 1936 года. До Курши мы так и не добрались. Нет, конечно, я не стану утверждать, что в мещёрских лесах в середине июля никто и не слыхивал о пожарах... Даже наоборот, они регулярно упоминались в разговорах вместе с жарой. Но всё это было где-то ... не совсем здесь. Как будто глухие раскаты громы откуда-то из-за горизонта предвещали что-то недоброе... В воздухе ещё не было запаха гари. Было только смутное предчувствие надвигающейся беды и тень какой-то наивной убеждённости в том, что всё-таки ничего страшного не случится.

Единственный пожар, встретившийся мне на пути, произошёл на Фрунзенской набережной — когда в пять утра девятого июля я ехал на вокзал, столб пламени поднимался на десятки метров над дебаркадером ресторана «Мама Зоя». А потому, июльская Мещёра 2010 года для меня — это не пожары. Это жара, комары, и много песка. Даже сейчас песок сыпется из атласа Рязанской области, когда я листаю его. И ещё немного приключений (на свою ...) — куда же без них! Мне сложно представить, что огонь шёл практически там, где шли мы. Нам было тяжело, но весело и интересно, и это всё не вяжется с последовавшей катастрофой.

На дороге

Победители в каждой номинации могут забрать у меня напечатанную фотоколлекцию (см. выше) в качестве приза.