Возможно, не так уж и важно, почему и зачем я поехал в Аргентину. Скорее всего, ответ на этот вопрос интересен только мне самому. Я могу предложить несколько версий, зачастую придуманных "задним числом", ни одна из которых не является исчерпывающей.
Итак, варианты: мне хотелось попрактиковать испанский язык; у Эмирейтс была очень удачная распродажа; я давно хотел попасть именно в Аргентину; это 40-я по счёту страна, в которой я побывал; здесь ещё не был Семён Павлюк; в 2001 году где-то на Транссибе я купил словарь испанского языка; ещё в 2000 году мы хотели пересечь Америку на машине.
Последнее объяснение вообще-то ничего не объясняет, потому что предполагалось пересечь США, совсем в другой компании, и именно на автомобиле. Но время вносит свои коррективы, поэтому получилась Южная Америка вместо Северной, автобусы вместо машины, и совсем не те участники. Впрочем, у США всё ещё впереди. А пока для осуществления идеи "пересечь" надо было хотя бы оказаться на берегу Атлантики. И это удалось это не сразу. Читать далее »
Придумывая, что бы такое посетить в Санкт-Петербурге, не мог обойти вниманием Гранд-Макет. Наверняка про него уже писали и ещё напишут помимо меня, но хочется зафиксировать что-то «на память».
Как я понимаю, открылся Макет для ежедневных посещений совсем недавно, а потому внимания привлекает довольно много. Читать далее »
Помнится, в Ярославле Франсуа вдруг спросил у меня: «Это сегодня день такой особенный? Почему все девушки выглядят настолько секси?» «Нет, это не день такой. Это просто мы выехали из Москвы!» 🙂
На Большой Покровке в Нижнем Новгороде вечером 8-го мая я снова вспомнил, почему я так люблю российскую провинцию.
А ещё рано утром на той же улице на лавочке сидел не вполне трезвый и не совсем опрятный мужчина очень средних лет и играл на гитаре соло из Stairway to heaven.
Мой слегка повышенный интерес к ж/д транспорту распространяется и за пределы Родины. Ещё летом я замышлял пройти пешком по закрытому участку линии RER B от St-Rémy-lès-Cheuvreuse до Limours. Эта линия принадлежала в XIX веке компании Париж-Орлеан и именовалась тогда La ligne des Sceaux — «Линия Со», или, если переводить всё дословно, то «Линия печатей». Упомянутый отрезок длиной в два перегона закрыли ещё до Второй мировой из-за нерентабельности, и RER B по нему, естественно, никогда не ходил.
Будучи осенью в Париже, я предложил Франсуа всё-таки пройти этот маршрут. «Я так и знал, что ты не отказался от своей задумки», — ответил он, и в субботу утром мы приехали на вокзал в St-Remy — конечную RER B.
